Ребенок от насильника

Истории о тех, кто успешно преодолел последствия насилия. Ваш опыт
Другиня
Администратор
Сообщения: 1101
Зарегистрирован: 01 апр 2009, 18:28
Цель пребывания на форуме: Хочу помогать

Ребенок от насильника

Сообщение Другиня » 09 авг 2016, 12:56

Время от времени на нашем форуме появляются темы от женщин, оказавшихся в такой крайне сложной ситуации как нежданная беременность от насильника. Представляется, что знакомство с позитивным опытом разрешения таких ситуаций будет полезно нашим читателям. Ниже размещу несколько историй.

Другиня
Администратор
Сообщения: 1101
Зарегистрирован: 01 апр 2009, 18:28
Цель пребывания на форуме: Хочу помогать

Re: Ребенок от насильника

Сообщение Другиня » 09 авг 2016, 13:01

Я родила после изнасилования, или Все возможно, если есть любовь

Джейн Ноэ | 19 июля 2016 г.

Джейн Ноэ живет с мужем и четырьмя детьми в США. 22 года назад она забеременела после изнасилования. Рассказывая сегодня свою историю, она решила не называть свое настоящее имя, но не потому, что она чего-то стыдится, а чтобы защитить частную жизнь своего сына.



В воскресенье 21 мая 1989 года я была жестоко изнасилована. Девять месяцев спустя, 9 февраля 1990 года, я родила сына.

Мне было 20 лет, и я училась в колледже за границей. Я познакомилась с Питером (имя изменено), таким же студентом по обмену, как и я, и мы встречались несколько раз, ничего серьезного. Мы оба знали, что после окончания учебы мы вернемся в разные города и будем жить разными жизнями. Я была девственницей, и не спешила отдаваться первому встречному.

Однажды вечером я сказала, что я одна дома, и он решил, что ему всё позволено. Он был выше меня и почти на 70 фунтов тяжелее. Я ничего не могла сделать. Одной рукой он накрыл подушкой мое лицо, чтобы никто не слышал моих криков, другой – закинул мои руки за голову и держал их. У меня до сих пор шрам на правом запястье – там, где его ногти впились в мою руку. Когда всё кончилось, я лежала в луже крови, и мои бедра были все в синяках.

Когда я смогла двигаться, я вернулась в свою комнату, села под горячий душ и сидела так 3 часа, стараясь заставить себя думать, что ничего этого не было. Я не верила, что это случилось со мной. Я никогда раньше не слышала об изнасилованиях. Питер и я встречались несколько месяцев. Кто бы поверил мне? Я сама не верила.
Поэтому я промолчала. Я сдала выпускные экзамены и вернулась в Штаты через две недели. Я думала, что смогу всё забыть.

С 14-ти лет у меня были проблемы с фертильностью, и незадолго до поездки за границу мне сказали, что я вряд ли когда-либо смогу иметь детей. Поэтому я не особо беспокоилась, что забеременею. Где-то спустя четыре недели после изнасилования я начала чувствовать тошноту, и моя грудь начала болеть. Я сделала тест на беременность, и он оказался положительным.

Никто не поверил мне, когда я объявила, что беременна. Я никогда не говорила моей семье или друзьям, что меня изнасиловали. Доктор не поверила мне. Но я-то знала. Она сказала мне сдать анализы, думая, что тест показал ложный результат из-за гормонального дисбаланса. Она назначила ультразвук. Узист нанес гель и провел по моему животу датчиком, потом повернул экран ко мне.

– Видите эту мигающую точку на экране?

– Да.

– Это бьется сердце вашего ребенка.

После этих слов моя жизнь изменилась навсегда. Эта маленькая точка была моим ребенком. Я видела его сердцебиение.

Я была девственницей, у меня не было месячных 9 месяцев, и еще год-полтора назад мне говорили, что я никогда не забеременею. Я была изнасилована. А теперь попробуйте сказать мне, что этот ребенок не был чудесным Божиим даром!

И тем не менее я не могу назвать ни одного человека, который тогда сказал бы мне: «Ты должна родить этого ребенка».

Вместо этого я слышала: «Ты же только что закончила колледж», или: «У тебя впереди многообещающая карьера. Зачем же отказываться от всего ради этого ребенка?»

Но крестовый поход был начат. Все считали, что мне следует сделать аборт. Моя бабушка позвонила мне, чтобы процитировать цитату из Библии про моего «бастарда» и то, что с ним будет. Осталось только побить меня камнями.

И всё же на какое-то время я поверила этим разговорам вокруг меня. Два раза я приезжала в клинику абортов, и оба раза возвращалась всё еще беременной.

Когда стало слишком поздно, чтобы делать аборт, все стали советовать мне отказаться от ребенка, отдав его на усыновление. Но я и это не смогла сделать. Я допускала и рассматривала такую возможность, но так и не смогла подписать документы.

При этом напомню: никто не знал о том, что я была изнасилована. Я хотела рассказать самым близким друзьям, сестре, маме. Но это только подлило бы масла в огонь. Поэтому я страдала в одиночку. Мне снились кошмары (и до сих пор иногда снятся), но никто не поддержал меня.

Я родила и столкнулась с еще большим осуждением, поэтому я уехала, чтобы начать новую жизнь. Сейчас я очень счастлива. Как я добилась этого – совсем другая история.

А теперь позвольте мне рассказать вам о моем сыне. Он – воплощение абсолютной радости. Внешне он похож на Питера, так что иногда мне трудно. Но в глазах моего сына сияет та доброта, которой я никогда не видела в глазах Питера. Мой сын воспитывался в любви, у него доброе сердце и прекрасная душа. Я учила его уважать других людей, и у него нет и признаков склонности к насилию, как у Питера.

Мое сердце переполнено любовью к нему – любовью, о существовании которой я и не подозревала до его появления. Теперь у меня четверо прекрасных детей и замечательный муж, который усыновил моего сына и любит его как своего собственного.

Я никогда не хотела, чтобы мой сын узнал о случившемся. И какую бы злобу я ни испытывала к Питеру, я не сказала о нем сыну ни единого плохого слова. Я воспитывала сына в любви. (Мои родители были в разводе много лет и до сих пор говорят мне друг о друге ужасные вещи. И хотя я взрослая, я считаю, что это вредно). Но когда моему сыну было 15 лет, обстоятельства изменились, и нам пришлось рассказать ему правду. Это было чрезвычайно трудно, но мы справились.

Несколько лет назад он сказал мне нечто невероятное. Он сказал: «Я так рад, что аборты были законны, когда я родился, потому что это доказывает, что тебя не просто втянули во всё это, ты действительно хотела и любила меня». Поэтому я всегда буду поддерживать право женщины на выбор. Хотя что касается меня, я счастлива, что выбрала жизнь.

Жалела ли я когда-либо о своем решении? Нет. Хотела ли я когда-либо, чтобы мой сын не родился? Нет. Жалею ли я, что была изнасилована? Конечно.

Не вижу никакого противоречия в ответах на эти вопросы. Я сделала свой выбор.

Я не выбирала быть изнасилованной, но я выбрала родить моего ребенка. Я решила не позволить изнасилованию разрушить мои отношения с сыном.

Всё возможно, если есть любовь.

Перевод с английского Марии Строгановой, специально для «Православие и мир»

Другиня
Администратор
Сообщения: 1101
Зарегистрирован: 01 апр 2009, 18:28
Цель пребывания на форуме: Хочу помогать

Re: Ребенок от насильника

Сообщение Другиня » 09 авг 2016, 13:04

Моя жена забеременела после изнасилования

Джефф Кристи | 13 июля 2016 г.



Моя жена была изнасилована. Она забеременела. Мы решили рожать, мы выбрали жизнь.

Мне даже тяжело это произнести: моя жена была изнасилована.
Сердце переполняют горе и злоба – ярость, которую я никогда не чувствовал к кому-либо, хотел бы я найти этого человека… Также я чувствовал бессилие – Дженнифер пережила нечто ужасное и страшное, а я ничем не мог помочь. Я не мог всё исправить.

Я всё время думал, а что было бы, если… Если я бы приехал в тот отель, где она остановилась на неделю, чтобы сделать сюрприз (а ведь я собирался). Если бы я попросил ее не уезжать из города на эту работу. Если бы, если бы…

Дженнифер начала ходить к психотерапевту, чтобы справиться с ранними признаками посттравматического стрессового расстройства – ночными кошмарами и паническими атаками. И тут мы узнали, что она беременна. Она позвонила мне откуда-то с Арубы – она работала на круизном лайнере – и сказала: «Я беременна».

Многих почему-то удивила моя реакция. Я не размышлял: «Что же нам теперь делать?» Я уже знал, как надо поступить. Она просто сообщила мне новость, и я подумал: «ОК. Беременна».

Ребенок – это начало чего-то, а не «проблема», которую надо исправить. Слова «я беременна» не предполагают реакции: «Ой, что же нам теперь делать?» Я никогда не думал так: «Она забеременела после изнасилования», или «На нее напали, и поэтому теперь у нее будет ребенок». Я знал только одно: моя жена беременна. У нас будет ребенок. Новый человек. Чистый холст.

Этот ребенок не выбирал, как родиться. Как же можно винить его?

Мы знали, что беременность будет протекать непросто физически, хотя понятия не имели, насколько непросто. Но в эмоциональном плане мы оба смотрели на это так: ребенок преображает то зло, которое послужило причиной его рождения. Может быть, это покажется странным, но мы действительно смотрели и смотрим на нашего сына как на благословение.

Я никогда не считал моего сына «чьим-то». Мы пытались пройти через самое ужасное событие в жизни моей жены, но одновременно готовились к появлению ребенка. Эти вещи совершенно не связаны. Я никогда не думаю, глядя на своих детей: «О, вот этого мы привезли из нашей поездки в Нью-Йорк… А ее мы зачали ночью 97-го, когда отключили электричество».

Дженнифер и я очень сильно связаны, и духовно, и эмоционально. Я встретил ее, когда мне было 15, и она всегда была моей родственной душой. Нам не надо было ничего обсуждать. Если моя жена беременна, значит, у нас будет ребенок. Вот и всё.

Прошло два года с тех пор, как она была изнасилована, и иногда я всё еще злюсь. Я вижу последствия этого нападения до сих пор. Мы знаем, что есть такие последствия изнасилования, которые, наверное, не исчезнут никогда, но мы справляемся с этим.

Независимо от всего этого, у нас есть 18-месячный малыш. Я думаю, что могу вполне уверенно сказать: он мой любимчик. Это наша семейная шутка, так как я говорю так про всех детей в этом возрасте. Дети просто наполнены радостью, и это счастье заразительно! Этот парень постоянно смеется и очень любит обниматься, он делает мир ярче. Мир полон новых, прекрасных открытий, и видеть это его глазами – неожиданный подарок.

Когда я смотрю на него, я вижу счастье и пытливость. Его большие голубые глаза сияют так же, как у его мамы. Он очень красивый, у него очень заразительная улыбка. Этот маленький мальчик – дар, который был дан мне, он смотрит на меня как на отца, он рассчитывает на меня, верит, что я позабочусь о нем и всегда буду рядом.

Кем он станет, когда вырастет? Это его дело. Но каждый из моих мальчиков знает, как нужно обращаться с женщиной. Каждый из моих мальчиков открывает дверь своей маме, придвигает ей стул, обслуживает ее первой и разговаривает с ней уважительно. Это моя работа и дело чести – научить своих детей быть мужчинами. И я отношусь к этой Богом данной ответственности очень серьезно.

Я знаю о чести и уважении, так как вырос в семье, где мы, дети, всегда знали, что родители любят нас. И мы также знали без всяких слов, что родители любили друг друга. Мы никогда не видели, как они ссорятся, спорят или ругаются. Они были олицетворением слов: «И будут два одною плотью». Мой отец научил меня, как нужно относиться к женщине. Не словами или уроками, но своим примером.

И я также учу моих мальчиков. Они просто видят, как я отношусь к их маме. Они видят, как я отношусь к их сестре. Они видят, что я отношусь с уважением к каждой женщине, с которой я встречаюсь. Мои сыновья разговаривают почтительно и смиренно со взрослыми, и так же почтительно они относятся к своим подругам.
Ругаются ли они друг с другом? Со своей сестрой? Часто и громко. Но тон общения с сестрой другой. Это не к вопросу о равенстве. Это скорее к вопросу понимания, что есть разница, общаемся ли мы с женщиной или с мужчиной.

Моя дочь однажды призналась своей маме, что я испортил ее – она слишком многого ожидает от парня, так как пример того, как мы относимся друг к другу, всегда у нее перед глазами. Во-первых, это хорошо. Она должна высоко держать планку. Правильный парень ждет ее, и ей не придется его менять. Во-вторых, я не говорил ей, кого именно искать. Она знает, какие отношения в нашей семье, и знает, что они правильные.

Мой отец и я были морскими пехотинцами. Морская пехота учит чести, храбрости и решительности. Учит защищать тех, кто не может себя защитить. Учит нас расставлять приоритеты: Бог, семья, пехота. И я пытался жить согласно этому кодексу.

Моя жена и я скоро отметим 21 год совместной жизни. Я говорил когда-то: «И в горе, и в радости», и я действительно так считаю. Наши клятвы не изменились, когда жизнь становилась трудной.

Когда я смотрю в глаза моего ребенка, я вижу невинность и доверие. И много любви. Он – мой сын. Он считает меня своим папой. Он называет меня папой. Это самое прекрасное чувство в мире, и я бы ни на что не променял его!

Бог благ. Всегда.


Перевод с английского Марии Строгановой, специально для «Православие и мир»

Другиня
Администратор
Сообщения: 1101
Зарегистрирован: 01 апр 2009, 18:28
Цель пребывания на форуме: Хочу помогать

Re: Ребенок от насильника

Сообщение Другиня » 09 авг 2016, 13:10

Ребекка Кисслинг: Я была зачата при изнасиловании

Ребекка Кисслинг | 25 июля 2016 г.


После рассказов женщины, родившей ребенка после изнасилования, и мужчины, чья жена родила в такой же ситуации, читатели говорили: ну, хорошо, со взрослыми понятно, а каково ребенку знать об этом? Ребекка Кисслинг, известный про-лайф спикер и мать 5 детей была зачата при изнасиловании, и вот что она рассказывает про свою жизнь.


История Ребекки


Меня удочерили почти сразу после рождения. А в 18 лет я узнала, что была зачата в результате жестокого изнасилования. Серийный маньяк изнасиловал мою мать, угрожая ножом.

Ребекку Кисслинг удочерили вскоре после рождения. Она знала о том, что она приемная дочь, но не могла получить никакой информации о своих кровных родителях, пока не изменился закон. Тогда Ребекка смогла разыскать свою родную мать.

Сейчас Джоанне 78, ее изнасиловали, когда она поздно вечером шла из магазина, насильник был вооружен ножом. “Мама рассказала мне, что насильник угрожал ей ножом и хотел убить ее, она была уверена, что он зарежет ее” – рассказала Ребекка. Узнав о беременности, Джоанна сначала хотела сделать аборт, но ужасные условия в клинике абортов испугали ее и она решила рожать.

Ребекка всю жизнь мечтала найти мать, в школе над ней смеялись, потому что она была высокой блондинкой, непохожей на невысоких брюнетов – приемных родителей. “Меня очень строго воспитывали и, честно говоря, отношения с приемными родителями у меня не сложились. А когда я нашла свою мать, мне было так естественно сказать ей “Мама”…”. Джоанна говорит, что встреча с Ребеккой стала для нее благословением: “Знаете, это такое чудо, когда такое хорошее происходит из такой трагедии…”.

Именно Джоанна повела Ребекку к алтарю, когда та выходила замуж. У Ребекки пятеро детей – свои и приемные: “Я всегда чувствовала, что мы должны усыновить малыша” – говорит Ребекка.


Тебе просто повезло


Как и большинство людей, я считала, что тема аборта меня не касается, но когда я узнала обо всём, я вдруг поняла, что она имеет отношение не просто к моей жизни, но к самому моему существованию.

Я как будто услышала голоса всех тех людей, которые говорили сочувственно: «Аборт допустим только в случае изнасилования…», или наоборот, горячо восклицали с отвращением: «Особенно в случае изнасилования!!!»

Эти люди даже не знали меня, но судили так легко, только из-за того, что я была зачата таким образом. Я поняла, что теперь мне придется оправдывать мое собственное существование, что мне придется доказывать всему миру, что я не должна была быть абортирована, что я была достойна жить. Я также помню, что чувствовала себя каким-то мусором: ведь люди говорили, что моя жизнь и есть мусор, который надо было выкинуть на помойку.

Пожалуйста, поймите, что всякий раз, когда вы делаете исключение для случаев изнасилования, вы на самом деле стоите передо мной, смотрите мне в глаза и говорите мне: «Я думаю, что твоя мать должна была сделать аборт».

Я часто видела, что люди пытаются отделаться от меня, говоря: «Да ладно, тебе просто повезло!» Но то, что я выжила, не имеет ничего общего с везением. Тот факт, что я жива сегодня, обусловлен тем выбором, который делало наше общество в то время, а также тем, что были люди, которые боролись за то, чтобы аборт считался в штате Мичиган нелегальным даже в случае изнасилования. Это не было везением. Меня защитили. Не станете же вы утверждать, что нашим братьям и сестрам, которых абортируют каждый день, просто «не повезло»?

После изнасилования полиция направила ее к консультанту, который посоветовал ей сделать аборт, так как в округе не было кризисных центров для беременных. Моя мать уверяла, что если бы они существовали, она пошла бы туда, чтобы получить консультацию.

Консультант по изнасилованиям направил ее к врачам, делавшим подпольные аборты. В первом случае, как она рассказала, там были типичные условия для подпольного аборта – кровь и грязь на столе и полу. Такие подпольные условия и сам факт нелегальности заставили ее отступить, так же поступало большинство женщин.

Потом ее направили к более дорогому врачу. Она должна была встретиться с кем-то ночью рядом с Детройтским институтом искусств. Кто-то должен был подойти к ней, назвать ее имя, завязать глаза, посадить на заднее сиденье автомобиля, отвезти куда-то и абортировать меня… а потом опять завязать ей глаза и привезти обратно.

Знаете, что самое ужасное? Множество людей, услышав мой рассказ, реагируют сочувственным покачиванием головой и морщатся с отвращением: «Как же ужасно, что твоей матери пришлось пройти через всё это для того, чтобы абортировать тебя!» И это сострадание?!

С моей биологической матерью сейчас всё нормально – ее жизнь продолжается, но я была бы убита, моя жизнь закончилась бы. Хотела бы я сказать, что моя биологическая мать, как и большинство жертв, не хотела прервать беременность, но это не так. Однако мерзкий нрав и сквернословие того второго подпольного акушера, а также страх за собственную безопасность заставили ее отступить. Когда она сказала ему по телефону, что ее не интересует его рискованное предложение, врач начал оскорблять и обзывать ее.

К ее удивлению, он позвонил снова на следующий день, чтобы еще раз попытаться уговорить ее сделать аборт. И снова она отказалась и выслушивала оскорбления. И после этого она просто не могла подвергать себя этому. Кроме того, начинался второй триместр беременности, когда делать аборт уже было опаснее и дороже.

Сокурсники по юридическому факультету говорили мне: «Да ладно! Если бы тебя абортировали, тебя бы не было здесь сегодня, и тебе было бы всё равно, так какая разница?» Верите или нет, но некоторые из самых известных людей, выступающих за аборты, говорят то же самое: «Плод всё равно не знает, что его убивают». Значит, нормально ударить кого-то ножом в спину, пока он спит, ведь он всё равно не знает, что его убивают?! Я объяснила моим сокурсникам, что по их логике я могу сказать: «Если бы я убила тебя сегодня, завтра тебя уже не было бы здесь и тебе было бы всё равно – так какая разница?» И они просто онемели.

Не насильник был моим создателем, как некоторые люди хотят, чтобы я думала. Моя ценность и личность определяются не тем, что я «результат изнасилования», а тем, что я дитя Божие. В 26-м Псалме написано: «Отец мой и мать моя оставили меня, но Господь примет меня». Быть удочеренной – не позор. Новый Завет говорит нам, что мы призваны быть детьми Божьими во Христе.

Мы удочерили нашего второго ребенка, и ее дочь Кейти родилась с очень серьезным генетическим заболеванием, она буквально умерла у нее на руках, будучи 33 дней от роду. Это было одно из самых тяжелых испытаний в моей жизни, но всё же мы решили, что должны снова попытаться родить ребенка. Потому что жизнь имеет огромную ценность.

В Книге Исаии говорится: «Горе тому, кто говорит отцу: „зачем ты произвел меня на свет?“, а матери: „зачем ты родила меня?“ Я создал землю и сотворил на ней человека; Я – Мои руки распростерли небеса, и всему воинству их дал закон Я».
Можно ли выразиться яснее?

Я знаю, что каждая жизнь имеет ценность, и только наши предрассудки мешают нам, когда мы смотрим на людей с особенностями развития или на тех, кто был зачат в результате изнасилования или прелюбодеяния. Но наша ценность не зависит от того, каковы были обстоятельства нашего зачатия, какие у нас родители, братья и сестры, супруги, дом, одежда, взгляды, IQ, оценки, достаток, успехи, неудачи и способности.

Если вы хотите знать свою настоящую ценность, всё, что вам нужно сделать, это посмотреть на Крест – вот та цена, которая заплачена за вашу жизнь!


Перевод с английского Марии Строгановой, специально для «Православие и мир»

Катя
Сообщения: 59
Зарегистрирован: 25 апр 2014, 01:18
Цель пребывания на форуме: Хочу помогать

Re: Ребенок от насильника

Сообщение Катя » 10 авг 2016, 01:01

Какие хорошие истории! И люди в них удивительные!


Вернуться в «Позитивный опыт преодоления последствий»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость