Ребенка обижали в школе...

Дождь. Мелкий и хрупкий. Непостоянный. Во власти всемогущего ветра. Пятиконечные листья клена сменили цвет. В святом младенчестве они были зелеными. Теперь стали старыми, желто-красными. Опадут к зиме бурые листья и, скорежась мертвыми трубочками, будут валяться на земле и хрустеть под ногами. А потом их погребут под пушистым ослепительным снегом. И, покрывшись корочкой льда, снег тоже будет хрустеть под сапогами и санками, лаская слух красного от мороза уха. Но это будет потом. Не сейчас…

Сеня

Сеня, робкий и скрытный, всегда имел жалкий и несчастный вид. Неуверенный и растерянный, тринадцатилетний Сеня твердо усвоил одну пренеприятную аксиому: он – изгой. Одинокий Сеня часто перед сном мечтал, что проснется счастливым.

Понедельник

«Понедельник – день тяжелый», – обыкновенно говорят люди. Для Сени же все дни были одинаково безрадостными. Двадцать седьмого сентября, в понедельник, Сеня проснулся с нудной головной болью. Собрался, заставил свое тощее длинное тело шагать в школу номер семнадцать. Не подозревал Сеня, что произойдет в этот день, ведь все начиналось как обычно.

– Здорово, Жираф!

– Эй, дылда!

– Хе-хе! Да это же мальчик-стремянка!

Сеня ответил одноклассникам мрачным взглядом и подумал: «Гадкие вы люди! А я разве лучше? Я лучше! Не вру, не краду, не подлизываюсь к учителям. За это они меня и не любят. Может, мне стать таким, как они? Невыносимое одиночество!»

– О великий из величайших, снизойдите до нас, смертных! – продолжали ребята.

Тут произошло нечто необыкновенное. Сеня сделал то, отчего сам удивился. Как переполненный воздухом шар из-за высокого давления лопается, как под тяжестью груза рвется прочный канат, как закипевшая вода белой бешеной пеной поднимает надоевшую крышку и, яростно шипя, льется на горячую плиту, так взорвалось Сенино терпение, и он раскричался, как напуганная ворона.

– Что вы от меня, подлецы, хотите?! Зачем издеваетесь надо мной?! За что?!! Я не могу так больше! Почему у меня нет права быть одним из вас?!

– Выбирай сам. Или друзья, или глупые предрассудки.

Сеня метнул на говоривших подозрительный взгляд. Это то, о чем он мечтал, будучи нестерпимо одиноким? Они ждали.

– Друзья, – зажмурившись, как закованный преступник перед ударом палача, шепнул Сеня.

Недавние Сенины мучители нахально перемигивались и заговорщицки ухмылялись.

– Пройдешь испытание – в твою сторону никто чихнуть не посмеет. Честно.

– Какое еще?

– Поживи недельку не дома.

– А где? – испуганно спросил Сеня.

– А где хочешь, – неприятно улыбаясь, сказал самый старший из ребят, Петька.

Мучительный, какой-то звериный стон издал бедный Сенька и убежал прочь.

Сбежал

– Дылда сбежал.

– Сам знаю. Отца его сегодня в школе видел, – сплюнул сквозь зубы Петька.

– Зря мы, кто мог подумать, что он…

– Да замолчи ты, нытик!

Небо

Худощавый мальчишка поднял лохматую голову и любовался редкими золотистыми звездами, проступившими на иссиня-фиолетовом фоне. Голодный Сенька взгромоздился на скамейку в старом парке. Восторженные мысли лились светом из широко открытых глаз, дрожали на холодных пальцах рук, что-то шептали промерзшими губами. «Все в мире ложь и неправда, кроме этого неба. Чудное, родное. Только небо существует на свете, и нет больше ничего и никого. Вот же оно – небо. Там! Я его вижу. А остальное – неправда», – так думал Сенька, лежа на скамейке.

На ветку липы, прямо над ним, приземлилась ворона и, наклонив голову, посмотрела на мальчика блестящим глазом. Сене вдруг стало так одиноко и грустно, нестерпимо захотелось домой. «Ничего, завтра уже воскресенье», – утешил себя мальчик, пытаясь заснуть. Но заснуть так и не удалось.

Воскресенье

В воскресенье, в три часа ночи, Сенька подбежал к своему подъезду. Он стоял и все не мог вообразить, как войдет в квартиру. «Стыдно!» – говорили его опущенные глаза. «Стыдно!» – вторила им, сгибаясь, спина. «Очень уж стыдно», – тихо поддакивали руки и усердно мяли друг друга.

    Из дома вдруг вышел кто-то странный и, шатаясь, направился к Сеньке. «Этому еще чего?» – покосился на него Сеня. В свете фонаря он мельком увидел давно не бритое, осунувшееся лицо, торчащие в разные стороны волосы. Страшные горящие глаза впились в лицо мальчика. «Маньяк», – подумал Сеня. – «Лицо знакомое. Где я раньше ви… Это не мо… Па… Папа?» – «Папа?!» – уже вслух произнес Сеня. «Это из-за меня! Это все я! Что я наделал! Чтоб мне сквозь землю…»

Понедельник

«Чтоб мне сквозь землю!» – с такими словами проснулся Сенька 27-го сентября, в понедельник. «Отвратительный сон приснился», – Сенька протер глаза. Усилием воли вытолкнул сопротивляющееся тело на улицу и повел его в школу номер семнадцать. День не предвещал ничего необычного.

– Здорово, Жираф!

– Эй, дылда!

– Хе-хе. Да это же мальчик-стремянка!

Арсений улыбнулся: «Петьк, а, Петьк! Я тебя во сне сегодня видел. Чего так смотришь? Пойдем, а то на урок опоздаем».

Задира надменно хмыкнул. Прищурил глаза и ухмыльнулся. Это был верный признак того, что с Петькиных уст готова была сорваться новая колкость. Он уже открыл рот, чтобы в очередной раз продемонстрировать Сеньке свое презрение, но, заслышав шум, обернулся. Трое здоровых одиннадцатиклассников с тупыми и злыми лицами толкали несчастного восьмиклашку, как куклу, награждая при этом беднягу тумаками. Тот лишь закрывал лицо руками, едва удерживая равновесие.

Это был Колька из музыкалки, с которым Арсений не раз выступал на школьных концертах. Коля был робким и молчаливым, зато мастерски играл на фортепиано, за что и получил в школе прозвище «Пианист». Сеня подумал было выручить знакомого, но здравый рассудок шепнул: «Ты ему не поможешь и сам будешь избит. Силы неравные». В это время одиннадцатиклассники почти зажали свою жертву в угол. Арсений повернулся, чтобы уйти, как вдруг увидел перед собой молящие, полные муки и надежды глаза. Сенька смотрел на Колю не отрываясь. Он будто увидел самого себя, беспомощного и одинокого. Вокруг дерущихся собралась толпа, но ни у кого даже в мыслях не было их разнять. Отовсюду слышались крики:

– Так его!

– Бей Пианиста, врежь ему еще!

Сенины ладони сжались в кулаки. Дальше произошло то, чего никто не ожидал. Сенька с криком сорвался с места и что было сил вмазал самому наглому верзиле прямо в нос, из которого тут же потекла кровь. Оставшиеся двое уставились на нового противника и начали угрожающе надвигаться на него.

– Ребята, наших бьют!

Пятеро мальчишек во главе с Петькой бросились Сеньке на помощь. Не ожидая такого поворота событий, бывшие победители обратились в бегство. Прозвенел звонок на урок.

На перемене Петька остановил идущего по коридору Сеню за плечо. И, когда тот обернулся, подал ему руку со словами: «Не ожидал от тебя. Ты не слабак». Арсений пожал недавнему обидчику руку и ответил: «Спасибо, ты меня здорово выручил».

https://naslednik-magazine.ru